"Требую диалог: выслушайте тех, кто против распада!" (распада России. – В.З.)призвал общественность Игорь Борисович Чубайс. Мощное начало: Граждане, послушайте меня!

Послушали. Честно говоря, ничего нового. Старые песни о главном.

Прокомментирую по пунктам.

Первый же аргумент Игоря Чубайса – самый первый и самый стандартный, который приводят противники распада: мол, в 91-м году все тоже думали – "Разделимся и легко решим все наши проблемы" – а на деле разделились и стали жить хуже.

Ну, во-первых, это как посмотреть. В чем-то хуже, а в чем-то лучше. Давно вы стояли в очереди за дефицитом? – Давно. Пожалуй, что с момента распада и не стояли. Возможно, уже и подзабыли, как это было, и когда дефицитом к концу советской власти стало практически все. А "железный занавес"? Выездные визы? – Молодежи, пожалуй, уже надо объяснять, что это такое было.

"В 1991 году мы уже распались. И что, наступило нам счастье? – спрашивает Игорь Борисович и отвечает. – Вроде бы, нет". Допустим, в 91-м году на волне эйфории мы не понимали, что разваленный Союз будет жить хуже. Но мы же сегодня живем не в 91-м году, а в 2018-м, все могут оценить последствия распада СССР, как положительные, так и отрицательные. Если ситуация такая ужасная, все бывшие республики давно должны были выстроиться в очередь на воссоединение. Но что-то ничего подобного не наблюдается. Наоборот, все, кто может, кому по силам, пытаются максимально отгородиться и обезопасить себя от Старшего брата.

И это несмотря на то, что во многих отношениях большинство людей в большинстве республик бывшего СССР действительно живут достаточно тяжело. Но назад никто не просится. С чего бы это, не знаете?

И. Чубайс справедливо пишет, сравнивая маленькую Литву с одной стороны и маленькие Киргизию и Таджикистан с другой, что проблема не в размере государства, а в политической системе. Но в том-то и дело, что политическая система империи, тем более в 21-м веке, когда не величина страны определяет ее величие (Александр Янов (с)), не может быть прогрессивной и обеспечивать соответствующее этому веку развитие страны. Доказательством чему и служит новейшая, постсоветская история России, которой представился уникальный шанс стать современной цивилизованной страной, но именно ее имперское проклятие утащило ее назад, в какую-то гремучую смесь сталинизма и средневекового мракобесия.

"Аргументы от здравого смысла. Не стал бы доказывать очевидное – рост ресурсов страны многократно увеличивает ее возможности. ... если в пятикомнатной живет впятеро большая семья, если доходы там пропорционально выше, возможностей для обустройства, финансового маневра, кредита и т.п. в большой квартире не меньше, а больше, чем в маленькой!" Опыт Российской империи показывает, что рост ресурсов страны прежде всего многократно увеличивает аппетиты и возможности для воровства. И это точно замечено – в большой квартире (стране) больше возможностей для финансовых маневров – с целью финансовых же махинаций. В стране с давними традициями воровства – тем более.

"После распада СССР 25 миллионов русских оказались за рубежом. Рана не зажила до сих пор... Кто хочет, чтобы его родственники, члены семьи, друзья (про возможную потерю собственности я уж не говорю), оказались „по ту сторону“ новых границ?" – стращает Игорь Борисович. Но так стенать может только человек, родившийся и выросший в империи, зашоренный и закомплексованный имперским сознанием. Не понимающий, что такое современный глобальный мир, в котором границы между странами довольно условны. Это во времена СССР мы прощались с эмигрировавшими из страны навсегда, думая, что больше никогда их не увидим. А если сегодня ваши родственники окажутся, допустим, в Сибирской или Уральской республиках, вы что, не сможете их при первом же желании навестить, как навещаете и сейчас в пока еще единой России? Вот такая незаживающая рана?

"Аргумент культурно-исторический. ... разрыв национальной целостности, причем, и русской, и всех других коренных народов (ибо татары, карелы, и все остальные – живут не в автономиях, а по всей стране) – это утрата своей нации, истории и всего своего культурного наследия". Это какая-то бессмыслица. Можно спорить, сохраняют ли свою национальную целостность татары, карелы и все остальные, живя не в автономиях, а по всей стране (по-моему – не сохраняют; какая же целостность, когда – по всей стране?), но как этот статус-кво может особенно измениться от факта распада России? Как жили, разбросанные по всей России, так и будут жить, разбросанные по образовавшимся от нее странам.

"Аргумент экономический, „от желудка“". Россия – страна с единой экономикой, нельзя резать по живому, нарушатся все хозяйственные связи, страна совсем отстанет в своем развитии. Этот аргумент примыкает к самому первому, и ответ на него будет того же рода: экономика СССР тоже представляла собой единое целое, тоже нарушились все связи и это таки отрицательно сказалось на экономиках республик, во всяком случае, поначалу. Но никто по этой причине не запросился назад в СССР, а те из новых государств, которые провели реальные реформы – страны Балтии прежде всего – вряд ли ностальгируют теперь по единой экономической системе империи.

"Аргумент военный". Велика опасность, что в случае распада России начнутся военные конфликты. После победоносной войнушки с Грузией, Крымнаша и сирийской кампании вряд ли у кого-то могут быть сомнения, кто именно может развязать эти военные столкновения. И это все лишний аргумент в пользу скорейшего начала раздельного проживания.

Игорь Борисович может против всех моих доводов привести такой контраргумент: да, признает он, все бывшие советские республики не жаждут вернуться в союз; да, они, наоборот, стремятся, кто может, кому по силам, подальше убежать от России, но это вовсе не потому, что у них в результате распада СССР не ухудшилась жизнь. Просто они боятся Россию, и этот страх перевешивает отрицательные последствия распада страны (констатация этого факта сама по себе будет весьма красноречива). Но вот когда Россия станет демократической страной, и ее никому не надо будет бояться, тогда все экономические выгоды от совместного проживания в едином государстве станут очевидны и привлекательны. И в качестве примера Чубайс приведет – и, кстати, и приводит – США и Канаду, страны насколько большие, настолько и успешные.

Пример совершенно неудачный. Вся штука в том, что США и Канада не являются империями. Они изначально – с момента образования – были свободными, никогда не знали диктатуры, у них совершенно другое – не столько де-юре, сколько де-факто – политическое устройство.

Надо менять устройство – утверждает Чубайс. Собственно, вся последняя часть его статьи – "Аргумент политический и последний" и "Подытоживая" – именно о том, как Россия чудесным образом станет развитой демократией – сплошные благие пожелания. Вы послушайте, ведь это песня какая-то:

Представим, что мы уже начали глубокое, демократическое переформатирование существующей политической системы. Мы едины в том, что каждый из нас и наша обновляемая страна – это мир свободных людей. Мы согласны, что каждый малый и большой народ внутри огромной России имеет неотъемлемое право на воплощение всех своих культурных прав и потребностей, при том, что политические права у всех будут равными. И жить мы будем в свободной федерации равных.

Историзм, обустройство, духовность, демократия – это и есть российские скрепы, самое краткое выражение возрожденной Российской идеи.

Ах, какую замечательную страну обрисовал нам Игорь Борисович! Мне уже хочется переехать в нее жить! Один вопрос только остается: с какого бодуна, по мановению чьей палочки Россия вдруг так преобразится?

Придут к власти демократы? – Но они уже приходили, и какие имена! Демократ Ельцин. Демократ Собчак. Демократ Гайдар. Демократ, извиняюсь, Чубайс. И многие другие. А чем все закончилось? – Путиным. В России, что ни делай, всегда получается автомат Калашникова, какой демократ к власти ни приди – все заканчивается Путиным. И сам демократ – поскреби его немножко – выходит на поверку этаким Путиным.

А уж что касается обещанного Игорем Чубайсом равноправия всех составляющих Россию малых и больших народов, то это особенно пикантный пункт, поскольку, как известно, российские ребяты-демократы заканчиваются именно там, где начинается национальный вопрос.

А в целом – каким образом, тем более в нынешних условиях, когда страна захвачена спецслужбами – могут вдруг воплотиться в жизнь благие пожелания Игоря Борисовича?

В условиях, когда уже само словосочетание "Демократическая Россия", как метко было замечено в одном из комментариев к статье Чубайса, давно стало оксюмороном.

* * *

Может возникнуть вопрос: а чего это я, гражданин Украины, встреваю в спор россиян между собою о том, как им обустроить Россию. Упрек был бы закономерен, если бы Россия была занята исключительно собой. Но ей ведь не дают покоя фантомные боли по былому величию, она озаботилась собиранием бывших советских земель, и как раз сейчас убивает граждан Украины в необъявленной гибридной войне (а также убивает людей в Сирии).

Впрочем, дискуссия о желательности или не желательности распада Российской империи не имеет большого практического смысла. Что бы мы сейчас ни говорили, сколько копий бы ни наломали, а, независимо от этого, распад Российской империи (ее третий этап) – процесс скорее всего неминуемый. Он произойдет, хотим мы этого или не хотим, нравится нам это или нет. И потому, что время империй прошло, и потому, что президент России Владимир Владимирович Путин сделал для неотвратимости этого все возможное. Настолько постарался на этой ниве, что даже закрадывается подозрение – не засланный ли он в Россию американский Штирлиц с целью ее, России, развала.

Подозрение это возникло у меня давно, еще до Крымнаша. Анализу этой гипотезы я в свое время посвятил отдельный материал. Сейчас подозрения в этом только укрепились. Вот говорят: Трамп зависим от Путина, чуть ли не его агент. А может быть, все наоборот? И встреча в Хельсинки – это была не встреча куратора Путина с агентом Трампом, а встреча куратора Трампа с агентом Путиным, на которой агент доложил, как продвигаются дела по развалу России?

Весьма успешно продвигаются.

Вадим Зайдман