Czy jagody,
Czy krople krwi,
Pojawiaj? si? przez ziemi?,
Grobów Katynia...

То ли ягоды,
То ли капли крови,
Проступают сквозь землю,
Могил Катыни...

Кажется, про Катынь уже почти всё сказано... Возрождённая, независимая Польша скинула многодесятилетний покров тайны с одного из самых главных и самых скрываемых преступлений ХХ века. Освободившаяся, пусть и только на время, от коммунистического диктата Россия признала (Правительство, Государственная Дума, разумное общество) повинилась, передала польской стороне большинство документов[1]. Большинство, но далеко не все. Увы, время Б. Ельцина, когда говорили правду о своей истории, какой бы тяжёлой она ни была, ушло. На смену пришли последователи "славных сынов" ВЧК-ГПУ-НКВД-КГБ. История стала покрываться очередной пеленой тумана и забвения. Для успешности данного процесса было даже создано военно-истерическое общество. Возглавил его курирующий и во многом финансирующий его из государственного кармана, обеспечивающий его функционирование министр. Министр, неподвластный и непобедимый "дисернетами", успешный сочинитель, бывший депутат той самой Госдумы — сам В. Мединский.

В конце весны этого года на многострадальной территории страшного Катынского леса был торжественно открыт музей с выставочной экспозицией и монументальный комплекс, создаваемый на советской части мемориала. Всё это было торжественно открыто в присутствии В. Матвиенко — третьего по вертикали власти российского чиновника — председателя верхней палаты, Совета Федерации — и, конечно, самого министра и председателя военно-истерического общества.

Наступило лето. В преддверии двух завершающих Чемпионата мира матчей появилось свободное окно, и не съездить, не увидеть и не оценить самому преобразования в знакомом за многие годы до дерева, до памятного знака гибели лесу, мемориал уже было невозможно.

Первое. Начать нужно с Минского шоссе. Уже после выезда из Москвы наряду с дорожными знаками и жёлтыми стендами "Внимание! Впереди опасный участок дороги" регулярно взгляду водителя и пассажира пристают такие же стенды, выполненные в том же размере и цветовой гамме. На них мелькают различные лозунги примерно такого содержания пропагандистского характера: "Тут был развенчан миф о всевластии..." "Здесь Европейские страны оплакивают своих сыновей...". Конечно, это имеет право на существование, но, думаю, для водителей куда полезней было бы, как в Европе или США, постоянно видеть дорожные указатели с названиями остающегося километража до того или иного города. От Москвы до Смоленска таких указателя ровно 3 на протяжении 380 километров! О знаках, сообщающих километраж до таких незначительных городов, как Ельня, Вязьма, Ярцево, Сафоново, не говоря уж о более мелких и говорить, не стоит — их просто нет. Видимо, либо работает секретность сталинских времён, либо на эту важную для путешествующих информацию в бюджете нет средств. Въезжаете в Смоленск, проезжаете весь город. Хорошо, если вы ориентируетесь в нужном вам направлении. Никаких указателей на Катынь! Наконец добираетесь, но даже перед самим лесом Катыни стоит указатель со скромной надписью "МЕМОРИАЛ"! Видимо, нужно констатировать — в топонимике современной России места для названия Катынь нет.

Второе. Отремонтированный вход. По коричневому металлу, в стилистике созданного польскими архитекторами мемориала убиенных польских граждан две стены, образующие вход. На них на русском и английском языках надпись "Здесь захоронено более 8000 советских людей и более 4000 польских граждан". Надпись вписана в мартиролог имен — два русских имени чередуются одним польским, всё в предложенной цифровой пропорции. Всё верно? И да, и нет. Для пояснения забегу чуть вперед в выставочный зал. На одной из стен 58 портретов советских людей, нашедших вечный покой в этом лесу в результате короткой, но емкой надписи — "расстрелян, 58". Может быть, это напоминание о той самой всесильной и всех уничтожавшей 58-й статье советского кодекса? Итак, из общего предъявленного мартиролога только под 31 портретом надпись "русский", при этом у некоторых "русских" совсем не русские фамилии, имена, отчества. Такова была "добрая" советская система, что, учитывая наличие 5 графы в паспорте, многие стремились записать там титульную нацию страны. Страшно это? В принципе, не очень. Вопрос только в том, что заставляло людей это делать! Кто остальные 27? В основном поляки, а также латыши, евреи, литовцы, есть и совсем диковинка — хорват, француз!

Почему я так подробно на этом останавливаюсь? Потому что первые репрессии против поляков, латышей, лиц других национальностей начались в СССР ещё в середине 30-х годов! В них сгинуло множество и простых граждан, и деятелей культуры (разгонялись театры, закрывались издания на национальных языках, хоры, общества), религиозных деятелей. Не избежали этой судьбы и члены национальных коммунистических партий и активисты революционного времени. Видимо, все они были неудобны для строившей "советскую нацию" партии, захватившей огромную страну. Ещё раз акцентирую, национальные репрессии начались в СССР до начала советской военной экспансии в 1939-1940 годах. Если внимательно посмотреть доступный список советских граждан (около 2000 фамилий), то там есть даже уроженцы Китая! Воистину Катынский лес место всечеловеческой Голгофы. Для чего я так подробно на этом останавливаюсь? Поясню. Возможно, на более понятном примере, так как это важная деталь. Всё советское время в местах холокоста если и ставились памятные знаки, то на них никогда не писалось "ЕВРЕИ" или даже граждане СССР еврейского происхождения или иудейской веры — НЕТ, НИКОГДА! Писалось просто — "советские граждане". Власть настойчиво боролась не только с исторической, национальной, конфессиональной памятью, но даже с семейной, извращая, покрывая её тленом и непроницаемым туманом. Вот такая арифметика, а точнее пропаганда, уже при входе.

Третье. Польская экспозиция занимает такое же скромное пространство, как и прежде, когда в России после распада СССР был впервые создан и открыт Катынский мемориал. Событиям, произошедшим в 2010 году во время подлёта к Смоленску польской делегации из 96 человек во главе с Президентом Л. Качиньским, летевших на памятную церемонию, приуроченную к 60-летию начала расстрелов, — ни места, ни слова не нашлось. Оставлю это без дополнительного комментария. Думаю, читателю и так всё ясно.

Четвёртое. Новое здание построенного выставочно-музейного центра, двухэтажное, небольшое по площади здание. Выполнено в стилистике, никак не напоминающей о польском мемориале. Рядом стоит всё-тот же большой деревянный, красный, православный крест памяти невиноубиенным советским гражданам. Ежегодно 10 апреля к нему обязательно возлагают венки польская делегация и делегация военных атташе стран НАТО. Приезжают почтить память убиенных людей. Входим в здание. Направо — первый зал. Зрителя встречает картина "Февральская революция", работа 1927 года (виноват, фамилию художника запамятовал). Экспозиция включает в себя ещё несколько живописных работ. Известную по школьным хрестоматиям советских времен картину художника А.И. Сегала "ДЕКРЕТ О МИРЕ". Картину "Защитники Брестской крепости" (простите, и тут художника запамятовал). Для очень осведомленных на всякий случай отмечу, разумеется, речь идёт об обороне Брестской крепости в 1941 году, а не в 1939-м! Кстати, как вам, читатель, лозунг над фотографией "Советско-польское братство по оружию во Второй мировой войне 1939-1945 годов"?

Это после 17 сентября 1939 года — братство? Не оно ли привело к трагедии Катыни? Кроме живописи экспозиция наполнена историческими артефактами. Графиками с данными, сколько поляков и прочих инородцев проживало в Российской Империи. Каково процентное преимущество православных над представителями иных конфессий. Какое было социальное распределение по профессиям в городах и селах Смоленской губернии. Тут же знамена послереволюционных лет, в основном коммунистических польских организаций. О том, что польская компартия была практически уничтожена в 30-х годах в рамках упразднения влияния Коминтерна, по решению великого учителя и друга всех детей, в экспозиции ничего нет. Зато история Советско-Польской войны начинается с наступления на Киев в 1919 году польского войска[2]. Про 1918-й и тем более про нарушение буквы Брест-Литовского мира, подвергнутого денонсации Советской Властью, ни слова. Нет и про боевые действия, зато собрано всё, что было возможно найти военно-истерическому обществу про военнопленных красноармейцев. Ну, понятно...

К сожалению, всё ещё находятся "специалисты", мечтающие о государственной границе России, проходящей где-то в районе Сосновца. Да, на дворе XXI век, но большая часть общества, в том числе и облеченная той или иной властью, мечтает о позапрошлом веке. Как следствие — знаменитую фразу из фильма "Александр Невский" С. Эйзенштейна "Кто к нам с мечом придёт..." относит только к противоположной стороне, на себя обратиться ни желания, ни воли не хватает. Судьба красноармейцев трагична, но вина за их смерть лежит не только на холоде и голоде, естественно обрушившихся на пленных заключенных в лагерях, местному населению тоже приходилось переживать последствия военных действий. Кстати, в Советской Республике в это время тоже был голод, и в ряде регионов массово умирали невинные гражданские люди. Вина лежит и на тех, кто, грезя мировой революцией, послал их умирать за эти идеалы, абсолютно противоречащие Декрету о мире. Но с точки зрения военно-истерического общества такой вины в принципе быть не может. Они знают только одну позицию "Наше дело правое? (ЛЕВОЕ!) победа будет за нами". На соседних фотографиях военнопленные, стоящие в очереди за получением обеда, и фотографии разрушенных памятников воинам на польской земле. Ни слова об обустройстве, в том числе и могил этих красноармейцев, сделанном польским государством в 2000 годах. Изданию "Могилы и кладбища русских и советских солдат с XIX и XX века в Польше", изданному на русском, польском и английском языках с массой цифр, фактов и фотографий в 2016 году, — в экспозиции места нет. Для интересующихся замечу — по данным этого издания, последний памятник над могилами погибших был воздвигнут и открыт с отданием всех военных почестей в 2015 году. На поддержание мемориальных кладбищ польское государство выделяет средства. С 2001 по 2015 год всего 13.539.069.00 злотых (более 300 млн евро)! Интересующиеся могут полюбопытствовать российскими цифрами и сравнить их.

Для чего тут, в Катыни, так акцентируется история пленных красноармейцев? Всё просто. Не имея лучшей линии защиты, не признающие Катынского преступления, они пытаются его настойчиво мотивировать судьбой красноармейцев. К Катынскому лесу эти несчастные никакого отношения не имеют. Но разве это важно для пропагандистов?

Но пойдем дальше, внимательно разглядывая экспонаты. Много личных вещей, переданных семьёй К. Рокоссовского. Логично, Маршал Советского Союза и Министр Войска Польского (после войны) вполне уместен в экспозиции. Правда, о его аресте в период с 17 августа 1937 по 22 марта 1940 года, когда он содержался во внутренней тюрьме Управления госбезопасности НКВД по Ленинградской области на Шпалерной улице, нет ни слова, ни документа, ни справки об освобождении. Зато есть фотографии с Халхин-Гола? Разумеется, нет ещё очень многого, в том числе и истории спасшихся: из Осташково, Медного, Харькова, избежавших Катыни, воевавших в армии генерала Владислава Андерса. Его фотография, сделанная во время переговоров в Кремле вместе с Владиславом Сикорским, есть. А вот описания вопросов о людях, настойчиво задававшихся Сталину, Молотову и другим подписавшим страшный приказ, решивший судьбу интернированных в СССР офицеров Польского Государства — нет. В экспозиции есть много ещё разного, не имеющего прямого отношения к Катынскому делу. Например, скромная фотография героя Собибора Александра Ароновича Печерского. Безусловно, любое упоминание о героическом поступке можно только приветствовать, но как его понимать в этом месте? Как призыв к тому, что должны были совершить польские военнопленные? Короче, первый зал оставляет много вопросов, но стоит продолжить осмотр и перейти во второй зал.

Пятое. Второй зал налево. Современный, в смысле послевоенный. Есть плакат с первым польским космонавтом М. Гермашевским. Отчеты об экономической помощи СССР в создании Новой Хуты. О строительстве комбината имени Ленина, о построении Варшавского договора. О визитах в ПНР Н. Хрущёва, Л. Брежнева, М. Горбачёва — т.е. зал создаёт впечатление абсолютной идиллии в советско-польских отношениях в период, начавшийся с создания прокремлевского правительства в Люблине и окончившийся генералом В. Ярузельским. Про народные бунты, расстрелы, репрессии против Армии Крайовой и участников Варшавского Восстания, против "Солидарности" нет ни слова. Действительно, к Катыни всё это не имеет прямого отношения. Хотя помнить о Катыни, говорить правду о том, что произошло там весной 1940 года, было и в СССР и в ПНР — запрещено. Даже такие великие поляки, как Анджей Вайда смогли снять фильм о "Катыни" только после того, как Польша вернула себе независимость.

Читатель может предполагать, что фильм или что-то о нём есть в экспозиции — успокойтесь — его там нет. Упоминания о фильме и страшных событиях, которые заставили российское телевиденье, показать его зрителю — отсутствует. Нет в экспозиции упоминания и о советском и российском генерал-майоре юстиции Александре Третецком[3], который по заданию высшего руководства страны руководил следствием и эксгумацией в Катынском лесу, Медном, других страшных местах нашей общей памяти. Зато везде, где только возможно, обязательно присутствует отец-благодетель военно-истерического общества. Вы скажете — как же без него, он же министр. Да, но многим другим министрам, бывавшим в Катыни, например И.Е. Левитину — долго возглавлявшему российско-польскую межведомственную комиссию, в экспозиции места не нашлось. Да, дорогой читатель, тут дело не в министерском посте, а в благодетельстве за государственный счёт и рекламе себя любимого.

Шестое. Весной 2018 года В.И. Матвиенко вместе с благодетелем открывала, наконец созданную экспозицию и скульптурно-архитектурный ансамбль в части захоронений советских людей. Были проложены деревянные мостки, чтобы высокие особы и сопровождающие лица могли пройти. Прошли, поклонились, положили букеты красных роз или гвоздик — не важно. Современный плакат гласит, что брусчатка будет положена к 15 июля и мемориал будет опять открыт.

Прилагаемый снимок сделан 14 июля. Сомневаюсь, что 15 июля произошло чудо. Страшно это — нет. Ждали памятника жертвам с 30-х годов, подождём ещё. Просто бросается в глаза, что меняется название страны, герб, флаг, портрет на стене, а порядок остаётся прежним. Торжественное открытие к приезду высочайшей особы, а потом длительные доработки. Воистину — народ, живущий по таким законам и порядкам, непобедим. Что касается архитектуры памятного мемориала, то она символична. В глубине леса воздвигаются серые бетонные большие то ли колонны, то ли подавляющие всё вокруг стены, то ли надолбы. Скульптура "Расстрелянного" тоже символична. Фигура изломана и символизирует убитого падающего у стены. Однако расстреливали тут в тиши леса, недалеко от посёлка отдыха сотрудников и семей персонала НКВД, обычно стреляя в голову сзади или просто в упор. Следовательно, изломанности падающей у стены фигуры быть не могло. Не важно. Скульптору и архитекторам объяснили, что от них хотят, — они сделали. Памятник грандиозен, как и Храм и окружающее его строения, воздвигнутые при входе в скромный, страшный мемориал в нулевые годы.

Вот такие впечатления от поездки. Кстати, на польской части мемориала, строгой, скромной, пронзительной и поименной, что очень важно для потомков, многие польские болельщики оставили свои красно-белые шарфы фанатов Сборной Польши. Да, футбол и чемпионат были дополнительным поводом, чтобы отдать минуты памяти своим предкам, трагически оказавшимся и оставшимся навсегда в смоленской земле...

P.S. Надеюсь, что мой подробный рассказ подтолкнёт читателя и в России, и в Польше, и в других странах к поездке в Катынь. Склоните голову, помолчите и подумайте... Это единственно возможный рецепт. Его боятся фальсификаторы, работающие над тем, чтобы стереть человеческую память.

 

[1] Передавая президентские полномочия, Михаил Горбачев лично передал Борису Ельцину секретные архивные материалы по Катынскому делу. 24 сентября 1992 года Борис Ельцин вскрыл пакет, а 14 октября передал их Леху Валенсе, президенту Польши. В 1993 году, во время визита в Польшу, Борис Ельцин посетил памятник катынским офицерам, установленный в Варшаве. Российский Президент опустился перед памятником на колени, сказав: "Простите!".

[2] Советская Западная армия, в задачу которой входило установление контроля над Белоруссией, 17 ноября 1918 года двинулась вслед за отступающими немецкими частями и 10 декабря 1918 вступила в Минск. Поляки Литвы и Белоруссии создали организацию "Комитет защиты восточных окраин" (КЗВО) с боевыми подразделениями, сформированными из бывших солдат Польских корпусов, и обратились за помощью к польскому правительству. Указом Юзефа Пилсудского от 7 декабря 1918 года отряды КЗВО объявлялись составной частью Войска Польского под общим командованием генерала Владислава Вейтки.

[3] А.В. Третецкий — прокурор, генерал-майор юстиции, Заслуженный юрист РФ. 8 мая 2010 года стал кавалером "Командорского Креста за заслуги перед Польшей", одного из высших орденов Польши. Указ о его награждении был в числе последних документов, подписанных Президентом Лехом Качиньским накануне гибели под Смоленском. А. Третецкий руководил группой Военной Прокуратуры России по Катынскому делу. Под его руководством в начале 1990-х годов шли раскопки, исследования, которые легли в основу дела, окончательно открывшего правду об этом страшном советском преступлении середины ХХ века.

Григорий Амнуэль

17.07.2018,
Григорий Амнуэль