Фото: Митинг учёных на Пушкинской площади под девизом "Дайте учёным работать!", 2011 года (Источник:Анатолий Насонов, http://photopolygon.com/user/6663)
  • 20-05-2013 (15:59)

Персона без гранта

Вслед за НКО государство взялось за приток иностранных денег в науку

update: 21-05-2013 (13:40)

Международным грантодателям, желающим помочь российской науке, теперь придется получать особое разрешение Минобрнауки. Дадут его, судя по всему, далеко не всем. Какова судьба гуманитарных исследований, не разразится ли война научных корпораций и чем новые правила грозят отечественной науке, выяснял корреспондент Каспаров.Ru.

В конце апреля Дмитрий Медведев подписал постановление правительства, утверждающее новые правила для международных организаций, финансирующих исследования российских ученых.

Теперь "право на предоставление грантов" на отечественную науку придется сначала "получить", точнее заслужить.

Согласно новому порядку, организация должна подать в Минобрнауки заявление о том, что она желает иметь право финансировать исследования ученых. Среди всех формальностей потенциальному грантодателю сразу придется указать подробные сведения о проекте, на который пойдут деньги, а также реквизиты получателей.

Смотрите также
НОВОСТИ

На практике это требование затруднит поиск финансирования для отдельных малоизвестных ученых. Ведь все сведения о проекте жертвователь должен указать уже на этапе "получения права" благотворителя.

Обычно ученый сам ищет организацию, которая может профинансировать его проект. Если исследователь находит фонд, интересующийся нужной сферой науки, он подает заявку для участия в конкурсе на грант. И лишь потом сама организация определяет, кто грант получит.

В новых правилах естественное положение вещей перевернуто с ног на голову, считает кандидат филологических наук, научный сотрудник МГУ Юлия Галямина (занимается сохранением исчезающих языков Сибири — прим. Каспаров.Ru). Фондам хуже от новых условий не станет, хуже станет ученым. Для них, как правило, неважно, откуда финансирование идет территориально, важно, чтобы наука могла развиваться дальше.

Иностранный фонд может просто не захотеть взваливать на себя дополнительные бумажные хлопоты, связываясь с россиянами. Проще окажется выделить средства иностранцу. Тем более что на каждый возможный грант россиянину бумаги придется оформлять отдельно.

При этом верно заполненные документы еще не гарантия, что средства дойдут до адресата. Если грантополучатель выбран и нужные бумаги предоставлены, их начинает изучать Министерство образования и науки. Делает оно это во взаимодействии с "заинтересованными федеральными органами исполнительной власти". Однако даже если все формальные моменты соблюдены, Минобрнауки может счесть, что заявленный проект не соответствует "приоритетным направлениям развития науки, технологий и техники", и фонду не разрешат выдавать гранты.

Приоритетные направления российской науки можно узнать из указа президента: безопасность и противодействие терроризму, индустрия наносистем, информационно-телекоммуникационные системы, науки о жизни, перспективные виды вооружения, военной и специальной техники, рациональное природопользование, транспортные и космические системы, энергоэффективность, энергосбережение, ядерная энергетика.

Формулировки направлений вызывают вопросы. Например, можно ли считать приоритетным исследование, предлагающее новый способ лечения рака?

Галямина считает, что из-за новых правил может серьезно усложниться жизнь ученых-гуманитариев. "Это укладывается в общую политическую тенденцию.

Идет постепенное уменьшение свободы в разных областях. Финансовая независимость — залог свободы. Эти изменения нужны, чтобы контролировать социальные науки",

— полагает она.

Сложности могут ждать даже тех немногих исследователей, которых фонды находят сами, считает Галямина. Обычно так ученых ищут для больших проектов, связанных с территориальной зависимостью. Например, биологических или геологических. На изучение развития языков гранты могут выделять тоже из конкретных стран — конкретным исследователям.

"Финно-угорские страны выделяют много денег на поддержание лингвистических проектов.

Например, на создание детских садов и школ по принципу языковых гнезд (все общение учителей и учеников происходит на родном языке — прим. Каспаров.Ru). Вот по ученым, занимающимся этой областью, постановление может ударить очень сильно. У нас вообще считают, что это какой-то сепаратизм — поддерживать малые языки за счет иностранных денег", — приводит один из примеров Галямина.

Григорий Колюцкий, кандидат физико-математических наук, научный сотрудник Института проблем передачи информации РАН, связывает принятие документа с "маниакальной тягой все контролировать".

"В нынешней российской элите никто друг другу не доверяет, имея на то серьезные основания. Эту же модель тотального взаимного недоверия они переносят и на остальное общество, которое далеко не всегда живет по их волчьим правилам", — полагает математик.

Он считает, что еще один фактор, о котором нельзя забывать, анализируя постановление правительства, — постоянная борьба за "средства на науку" между Курчатовской империей и РАН. "Де-факто их финансирование стало схожим по объему, хотя с точки зрения научных результатов РАН по-прежнему превосходит конкурентов на порядок.

Но Ковальчук (директор Российского научного центра "Курчатовский институт" — прим. Каспаров.Ru), пользуясь своими связями в дачном кооперативе "Озеро", продолжает наступление на фонды РАН.

Думаю, что и эта мера будет использована для того, чтобы помешать работать успешным научным лабораториям в РАН", — прогнозирует ученый.

До недавнего времени иностранные гранты были мощным подспорьем для отечественной науки. Кроме того, зарубежные программы дают возможность пообщаться с коллегами со всего мира, а обмен опытом — одна из важных составляющих научной жизни. При этом сферу международного сотрудничества точно не назовешь "непрозрачной".

"Иностранные научные фонды обычно явно декларируют цели каждого конкретного гранта и принимают решение о его выдаче по формальной процедуре. Наиболее распространенная цель — поддержка науки как общечеловеческого института, находящегося вне национальных и культурных границ", — отмечает Колюцкий.

В апрельском постановлении не заложены механизмы контроля за иностранным финансированием. В этом смысле наиболее взыскательным контролирующим органом остаются сами фонды.

"Более объемной отчетности, чем по грантам Евросоюза и подчиненных ему организаций, не бывает пока даже в России ", —

рассказывает Колюцкий. Кроме того, при выборе ученого западные организации учитывают его публичную репутацию и "грантовую историю": стоит один раз допустить оплошность в расходовании научных средств, и на новые гранты исследователь может не рассчитывать.

Главная особенность постановления — возможность превратить его в рычаг давления на научное сообщество.

Научный сотрудник Физического института имени П.Н. Лебедева РАН Евгений Онищенко опасается, что, учитывая последние действия правительства, "можно ждать преследований ученых, которые проводят научные исследования в сотрудничестве с иностранными коллегами". Колюцкий считает, что "орудием идеологического давления может послужить любой механизм контроля". Однако, по его мнению, "в целом нынешняя власть пользуется существенно более топорными механизмами".

"Например, сокращение до нуля числа бюджетных мест на лучшем в стране философском факультете (в РГГУ). Или преследование Ольги Зелениной за независимую научную экспертизу, а также арест Краснодарского ученого и правозащитника Михаила Саввы буквально накануне его планируемого выступления на совете по правам человека с докладом о разгроме НКО на Кубани", — приводит примеры ученый.

Сейчас научные организации, в отличие от НКО, не подпадают под действия закона об "иностранных агентах". Но это, похоже, не означает, что нет другого способа лишить неугодных ученых зарубежного финансирования.

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Алексей Бачинский

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter